Чёртова тишина не дает заснуть, всё-таки война.
Пулемёт на моем участке молчит, ползу проверять.
В окопе возня: натужно хрипит новобранец рыжий,
Волосатая лапа месит его мордой траншейную жижу.
Командую: «Тише, тише, Рахмед, раньше срока стухнет свежее мясо,
Докладывай, что за дела?» — «Да всё то же, с криком «Не надо, не надо, не надо!»
Кидается этот обсос на меня в направлении движения противника,
Не дает вести нормально огня».
Привычно мямлю: «Новобранец, за этот саботаж жесткий
Отправишься в задницу ударного нашего колосса,
Где в топку полешки урановые закидывать будешь
Под щелчки казачьей плетки, и только
С твоего фонящего трупа там снимают колодки».
Рыжий вторил, смывая слезами грязь с лица:
«Ваше благородие, ни в одной из институций не слыл я за подлеца
И вчера разрывными я остановил Памелу».
Услышав это, Рахмед на бедного новичка зыркнул гневно.
Беру бинокль, рекогносцирую обстановку,
Увиденное, верно, сожгло во мне нейронов миллионов сотню
На то у Франка ставил у каждого из нас свой предел, этой ночью,
Ругая колючку, к нашей позиции надвигался Гомер.

Этот эпизод очередной третьей войны мировой,
Как ты думаешь, Сидоров, смысл его каковой?
Этот рассказ у меня сложил впечатление, что только война
Может сплотить наш народ.
Что за ересь? Садись, два!
Этот эпизод очередной третьей войны мировой,
Отвечай, Электрон, смысл его для тебя даже простой.
Знаете, как считает брат мой, списанный с Луны…
А ты братом своим меня не стращай, робот. Садись, три!

Рахмед пристроился к пулемету: «Я сделаю все красиво».
Он сделает, дружок мой боевой, выручит не впервые,
С ним прошли мы всю компанию вдоль южной трубы,
Благодаря ему я выбрался из присоединительной
Крымской войны. А сейчас я был готов
Убить его за отсутствие жалости к моим родным образам,
Но вот как раз на такие слабости ставит наш враг.
Я говорю: «Я сделаю все красиво сам».
Проверил свой пекль, ползу к противнику по оторванным рукам, ногам,
Напоминаю себе, что это были всего-то големы
С девяносто процентной идентичностью оригиналу.
Отпихиваю головы, размышляю над тем,
Что хрупкие красотки ближе всех к нам подобрались,
Потом негры в пестрых бейсболках, потом Рокки-3,
Далее наши классики, а тут и он бродил, заплутав.
Знакомимся, жму желтые четыре пальчика,
Присели на какой-то бугор одновременно, что подтверждало наше родство душ.
Этот топчан из туши Шварцнеггера располагал к удобному созерцанию зари.
Я говорю: «От этих штуковин тащусь так же как и ты».
И вышли они как на ладони хотя отсюда за много верст
Скопище мощи империи во весь свой многомильный рост.

Этот эпизод очередной третьей войны мировой,
Как ты думаешь, Сидоров, смысл его каковой?
Этот рассказ у меня сложил впечатление, что только война
Может сплотить наш народ.
Что за ересь? Садись, два!
Этот эпизод очередной третьей войны мировой,
Отвечай, Электрон, смысл его для тебя даже простой.
Знаете, как считает брат мой, списанный с Луны…
А ты братом своим меня не стращай, робот. Садись, три!

Феерию открывает традиционно устрашающий жест –
В энергощит противника размочалить по тыще ракет.
«Смотри, сосед», — подначиваю Гомера, — «Ваш истукан
Думает, он очень крутой, вскидывая главное оружие —
Ускоритель частиц боевой, против которого, наверное,
Считаешь, нет приема, а что, по-твоему, на плече колосса нашего?
Это по принципу антипода русским гением создан
Замедлитель Вселенных, он покроет очередь из черных дыр
Взрывами белых ничто безбрежных».
Силы гигантов истощены в битве на заре,
Пристыкованные к спине нефтепроводы, пыльно волоча по земле, расходятся.
Знаю, завтра снова они схлестнутся,
Но всегда конец такого зрелища рождает во мне припадок грусти
И тянет на возвышенные фигуры. Говорю:
«Вот — револьвер, ты для меня не диверсионный модуль, ты мне почти Гомер,
Вот — грудь моя, и, если не прав я, то пускай паду от руки брата по духу».
Симпсон взял пекль и ответил мне: «Хай».
С грохотом мне лицо освежили рисованные мозги,
Я знал, главное, сдержать ярость первых минуты три.
Он тоже помнил это. Подождав, мой боевой друг Рахмед сказал:
«Вода вскипела и у меня еще остался шербет».

Этот эпизод очередной третьей войны мировой,
Мысли ставшие веществом, прошу, фабулу его нам раскрой
Суть в том, что путь нашей родины – всё зло в мире затопить в сортире
Хорошо, достаточно, отьебись от меня, четыре.
Этот эпизод очередной третьей войны мировой,
Как считаешь, девочка-ангел, что он несет нам с тобой?
Только заклинаю тебя опять без гипноштучек отвечать.
Девочка-ангел, ты – божественный свет, садись скорее, пять.

Этот эпизод очередной третьей войны мировой.
Этот эпизод очередной третьей войны мировой.
Этот эпизод очередной третьей войны мировой.